Чарли, чьё имя наводило ужас, внезапно оказался в странной ситуации. Каждый раз, когда он завершал своё тёмное дело, всё вокруг стиралось. Он снова открывал глаза в том же месте, в тот же самый час. Одна и та же ночь, с её знакомыми тенями и жертвами, повторялась снова и снова, как сломанная пластинка.
Сначала это казалось даром — бесконечный холст для его искусства. Но скоро однообразие стало давить. Предсказуемость каждого шага, каждого крика, лишала всё смысла. На смену азарту пришла скука, а затем — назойливая мысль. Он застрял. Не в месте, а во времени, в бесконечном круге, из которого, казалось, нет выхода.
Мысль о том, чтобы остановиться, сначала показалась смешной. Зачем? Это было всё, что он знал. Но с каждым новым циклом эта идея становилась всё навязчивее. Что, если попробовать сделать иначе? Не поднять нож, а отвернуться? Не преследовать, а помочь? Сама эта мысль вызывала отвращение, будто предательство самого себя.
Однако бесконечность — тяжёлое бремя. Даже для него. Возможно, выход существует. Но цена... Цена может оказаться страшнее. Страшнее, чем сама смерть, которой он так щедро раздавал. Придётся посмотреть в лицо чему-то совершенно незнакомому. Себе? Тому, что он пытался убить в других снова и снова? Выбор стал его единственным, самым мучительным, испытанием. Продолжать знакомый ужас или шагнуть в абсолютную неизвестность.